Время заплетало дни, как ветер конскую траву. Перед Рождеством внезапно наступила оттепель; сутки шёл дождь, с обдонской горы по ерикам, шалая, неслась вода; на обнажившихся от снега мысах зазеленели прошлогодняя травка и мшистые плитняки мела; на Дону заедями пенились окраинцы; лёд, трупно синея, вздувался. Невыразимо сладкий запах излучал оголённый чернозём. По Гетманскому шляху, по прошлогодним колеям пузырилась вода. Свежими обвалами зияли глинистые за хутором яры. Южный ветер нёс с Чира томлёные запахи травного тлена, и в полдни на горизонте уже маячили, как весной, голубые, нежнейшие тени. По хутору около бугров высыпанной у плетней золы стояли рябые лужины. На гумнах оттаивала у скирдов земля, колола в нос прохожего приторная сладость подопревшей соломы. Днями по карнизам куреней с соломенных сосульчатых крыш стекала дегтярная вода, надрывно чечекали на плетнях сороки (…) На второй день Рождества взломало Дон. С мощным хрустом и скрежетом шёл посредине стор. На берег, как сонные чудовищные рыбы, вылезали льдины. За Доном, понукаемые южным волнующим ветром, стремились в недвижном зыбком беге тополя. Шшшшшшуууууууу… – плыл оттуда сипловатый, приглушённый гул.

Шолохов М. А. Тихий Дон. М., 2001. С. 61. (Собр. соч. В 9 т. Т. 2)

ещё цитаты автора
ШЕМШЕЛЕВИЧ Леонид Вениаминович
ШОЛОХОВ-СИНЯВСКИЙ Георгий Филиппович
   
12+